К ВОПРОСУ О ТЕРР�ТОР�АЛЬНЫХ ПР�ТЯЗАН�ЯХ ХАЕВ/АРМЯН
(глава из книги “К этногенезу Азербайджанцев”)

профессор Гияседдин Гейбуллаев

В работах армянских историков господствует точка зрения, что албанская часть междуречья Куры и Аракса (по их выражению “правобережная Албания”), в том числе Нагорный Карабах, в целом со II века до н.э. до 387 г. (а ныне полагают, что до 428 и в 450-451 гг.) была составной частью Великой Армении, а после указанной даты эти области перешли к албанам. Считается также, что в этой части Албании изначально проживали армяне или же местное население в течение 6 столетий (II в. до н.э. - IV в. н.э.) арменизировалось. С этим и связаны в основном территориальные претензии, предъявляемые к Азербайджану армянскими экстремистами в последние годы. К обоснованию этой концепции подключились не только историки (С.Т.Еремян, А.Н.Тер-Гевондян, Б.А.Улубабян, Г.С.Свазян, А.Абрамян, А.Ш.Мнацаканян, А.А.Акопян и др.), но и публицисты, видным представителем которых является 3.Г.Балаян.

Не будем здесь вступать в научный спор с Зорием Балаяном (не историком по специальности), автором книги “Очаг” (Ереван, 1984), который ставит своей целью доказать будто бы древний Азербайджан являлся составной частью Великой Армении. Он лишь продемонстрировал свою и безграмотность в области истории Востока в целом и истории закавказских народов, в частности. Обстоятельный разбор “трактата” этого заслуженного героя публицистики идеолога сепаратистского движения потребовал бы написания более объемистой работы, чем данная книга, ибо в этом случае пришлось бы начать объяснять ему по складам азбуку древней истории закавказских народов, так как всякий мало-мальски разбирающийся в этих вопросах человек не допустил бы такого беспардонного извращения истории Ближнего Востока и Закавказья, в особенности Азербайджана. Нам кажется, что настоящий исследователь, любящий свой народ, его историю и культуру, не имеет права фальсифицировать историю соседнего народа “в пользу” своего народа. Армянский народ не нуждается в незаконных территориальных претензиях и высосанных из пальца “концепциях” нынешних лжеученых. Встав на такой скользкий путь, нынешние потомки армян только еще больше “закрепляют” за собой мнение как о неблагонадежном народе. Жившие тысячелетиями бок о бок с азербайджанским и грузинским народами армяне, поддавшись на провокацию своих идеологов (между прочим, припеваючи ныне живущих за пределами “родины”), видимо, еще не все “отошли” после эйфории, когда армянин поднял оружие на соседа, делившего с ним и его предками хлеб и кров. Но приписывать истории народа несравненно больше того, что она вмещает, - это по меньшей мере несерьезно, и даже самим армянам невольно приходится краснеть, читая дилетантские “откровения” 3.Балаяна. Рассказывают, что серьезные армянские историки сами возмущены содержанием его книги и сравнивают ее с пресловутыми “открытиями” М. Айвазяна, который, прочитав средневековую арабскую надпись слева направо (вместо того чтобы читать справа налево), счел ее армянскими иероглифами XVII века до н.э., так что академику Б. Б. Пиотровскому пришлось в специальной статье разъяснить содержание этой надписи, кстати, с мусульманскими личными именами - Али, Хасан и др. Одним словом, книга 3.Балаяна не представляет никакого научного интереса и потому не заслуживает ни критики, ни обсуждения. Она может ввести в заблуждение лишь неискушенного в истории доверчивого читателя.

Необъективность мнения о принадлежности Кура-Аракского междуречья Албании исторически к Армении подробно аргументирована в работах 3.М.Буниятова [183] и многих его последователей. Но все же вкратце следует остановиться на этом вопросе еще раз.

Следует прежде всего отметить, что мнение о принадлежности Албанской территории ниже Куры к Армении не новое. Оно нашло свое отражение в той или иной степени еще в работах М.Чамчяна, М.С.Канаяна, М.Бархударяна, Я.А.Манандяна, Гр.Капанцяна и др. Однако предметом специального обсуждения оно стало в работах современных армянских историков.

Еще Гр.Капанцян название города Барда бездоказательно связывал со словом барти “тополь” в армянском языке [312, 47], тем самым он пытался обосновать мнение о принадлежности зоны Барды в Азербайджане изначально к армянской территории, несмотря на то, что в древнегрузинском источнике отмечается, что родоначальник кавказских народов Таргомос “Бардосу (мифическому основателю города Барда. - Г. Г.) “…дал земли к югу от Куры, от реки Бардуджи до слияния Куры с Расхи” (т. е. Араксом - Г. Г.) [39, 29]. В этом сообщении, как видим, ничего не говорится об армянской принадлежности равнинной части междуречья.

С.Т.Еремян [295, 303] считает, что до 387 г. междуречье Куры и Аракса, в том числе Сакасена, Арсаг (далее – АРСАГ [от тюркск. АР-муж/воин и тюркск. этнонима САК/САГА-скиф]; “Арцах” – арменизированная форма - автор), Утик (по его мнению, равнинный Карабах) и Гардман, Сюник и Пайтакаран принадлежали Армении. Возникает вопрос: если междуречье или Албания в целом являются частью Армении, то почему в древнеармянских источниках оно называется Албанией, а не Арменией? Следует отметить, что С.Т.Еремян совершенно неверно характеризовал экономику и хозяйство албан раннего средневековья как “примитивный пастушеский уклад”, “примитивное земледелие в сочетании с охотой и рыбной ловлей”, часть албанов как “племя рыболовов” и т. д. [295, 306]. Но в отношении междуречья Куры и Аракса сказано, что эти земли являлись “наиболее развитыми экономическими областями”, потому что принадлежали якобы Армении (там же). Он писал: “Область Арсаг была арменизирована в IV-V вв., а значительная часть области Утик - в VI в.” [295, 304].

Б.А.Улубабян пишет, что население междуречья якобы еще во II веке до н.э. разговаривало на армянском языке [493, 68]. А. Н. Тер-Гевондян албанскую область, название которой в “�стории албан” на древнеармянском языке передано как Мец-Колманк (от армянского мец “большой”, тюркского топонима Колман и армянского суффикса к, о значении этого топонима см. выше, с. 108-111), называет армянской областью Албании [474, 50]. Албанские области Арсаг и Гардман также названы им северо-восточными областями Армении [474, 146]. Он пишет, что область Утик (по их концепции общее название низменной части междуречья. - Г. Г.) была армянской, где армяне (а также армянский язык) играли важную роль в политической и общественной жизни Арана [474, 157-158].

А.Мнацаканян албанское междуречье Куры и Аракса называет “Агванский край” Армении, “Агванская Армения” [400, 43], “Армения глубинная” [400, 5] или “Армения Прикуринская” [400, 39]. По его мнению, “в конце IV столетия ход истории и общественно-политических событий привел к объединению восточного края Армении с собственно Агваном и что “до сих пор неверно считали, что в Агване жили агваны и родственные им племена, ...не учитывалась принадлежность населения указанных гаваров к армянам как в историческом, так и в этническом отношении” [400, 5]. Он считает, что югу от Куры обитали армяне и они “благодаря своему единому языку и высокой земледельческой культуре, стали не только самым крупным, но и самым могущественным среди агванских племен” [400, 16], что в Агване, по его мнению, государственный и официальный язык был армянский, а их цари “уже в V веке говорили и писали по-армянски...” [400, 16].

Он далее пишет: “Страбон свидетельствует, что жители Утика и Арсага говорят на армянском языке” [400, 21]. А.Мнацаканян, приводя сообщения Страбона о Сакасене, отмечает, что эта область была армянской еще до вторжения саков (т. е. в VII веке до н.э.) [400, 25]. Он полагает, что если Страбон не сообщает о населении территории ниже от Куры, то “потому, что там в основном жил один народ со своим языком - армянским” [400, 34]. Он считает также, что слово “наш” в элегии албанского поэта Давдака следует понимать в значении “армянский” [400, 133-134].

На эти и другие высказывания А. Ш. Мнацаканяна мы ответим ниже. Отметим только, что автор явно грешит против истины, когда говорит, что Страбон писал об армянах в Утике и Арцахе/Арсаге, ибо у Страбона вообще отсутствует какое-либо упоминание о населении этих областей в Междуречье.

Эту же концепцию в несколько ином аспекте защищает А.А.Хачатрян. В его работе говорится об арабских надписях VIII-XVI вв. в Армении. Мы не намерены подробно останавливаться на его измышлениях, потому что это сделано в рецензии 3.М.Буниятова и М.С.Нейматовой [187]. Дело в том, что на территории самой Армении, по авторитетному мнению рецензентов, всего существует 8 арабских надписей, а в работе А.А.Хачатряна говорится о 290 надписях. Указанные надписи находятся на территории Азербайджана - в Нахчыване, Ордубаде, Гяндже, Карабахе и других районах. Почему эти надписи считаются армянскими? Ответ один: эти районы являлись (якобы!) в указанные века армянскими. Невольно тут вспомнишь народную пословицу и подумаешь, что А. А. Хачатрян своей веревкой пытается привязать чужого теленка, не догадываясь о том, что в конце концов у него в руке останется веревка, а отнюдь не теленок.

Допустим, на миг что это так, но откуда арабские надписи VIII века? Ведь общеизвестно, что вообще в Закавказье нет арабских надписей VIII века! � здесь А.А.Хачатрян выходит из положения очень легко: надпись, относящуюся к 870/71 г., он относит к 775/76 г.; надпись 1077/78 г. - к 786/87 г.; надпись 1110/1111 г. - к 770 г. Впрочем, оставим все это на совести автора. Заметим лишь, что подобные недостойные приемы наглядно показывают степень достоверности изысканий ряда армянских историков и сделанных из них “научных выводов”.

Ш.В.Смбатян пишет, что слово “Албания” не являлось этнонимом, а лишь географическим названием”, что “будучи отсталыми в экономическом отношении они (т. е. албаны. - Г. Г.) не играли значительной роли в политической и экономической жизни Албании и, восприняв от армян христианскую религию, вскоре деэтнизировались” [38, 6]. Между тем в “�стории албан” (кн. II, гл. 48) отмечено, что в Албании первая церковь была построена раньше, чем в Армении (церковь в Гисе), а также, что Албания стала верующей раньше, чем �берия. В примечаниях к “�стории албан” Ш.В.Смбатян пишет, что в “исторической Агвании”, т. е. Албании, во времена каталикоса �льи “жили только армяне” [38, прим. 26]. По его мнению, естественной границей между Великой Арменией и Албанией служила река Кура [38, 5]. Об Албании античных авторов, помещавших ее к северу от Куры, он пишет, что “до V века не было народности, которая могла быть гегемоном в этом государстве” (подумать только!!!) [там же, 18]. Спорить с Ш.В.Смбатяном не стоит, потому что его рассуждения совершенно необъективны, а главное – идут вразрез с установленными историческими фактами. Он несправедливо критикует В.Л.Гукасяна (кстати, он, видимо, не знает, что Г.Л.Ворошил и В.Л.Гукасян - это один и тот же человек и критикует отдельно Г.Л.Ворошила и В.Л.Гукасяна - см. 38, 210, прим. 142) за то, что тот, “….будучи армянином, не соглашается с мнениями армянских ученых”.

Неверные суждения в отношении албанского этноса и албанской территории есть и у А.А.Акопяна [128]. Он также считает, что правобережье Куры являлось северо-восточной Арменией и что Кура была не только границей между Арменией и Албанией, но и границей армянского этноса с албанцами, обитавшими, по его мнению, только к северу от Куры [128, 15, 16, 21]. Если междуречье было армянской областью, как пишет автор, со времени Ервандитов (VI в. до н.э.) и даже входило в состав Урарту [128, 15] и его население состояло из армян, то неясно, почему тогда это междуречье называлось Албанией от этнонима албан, или почему топоним Аран не является армянским словом?

А.А.Акопян полагает, что не существовало этноса, который называл себя “албан”: “Все это заставляет нас думать, что этноним “албанцы” не был и не стал к III веку н.э. самоназванием населения Албании и давался насельникам Албанского царства соседними народами” [128, 106]. Он недоволен античными источниками за то, что они употребляли название “албанцы” (там же) и нетрудно понять почему.

А. А. Акопян считает, что царь Аран (I в.) был наместником Восточной Армении [128, 64]. А. А. Акопян прекрасно понимает, что его концепции об исконной армяноязычности населения междуречья Куры и Аракса противоречит то обстоятельство, что там, по сообщениям источников, обитали саки, албаны, савдеи, гаргары и удины, а они не были ни по этнической, принадлежности, ни по языку армянами. Поэтому он считает,, что топоним “Гаргарское поле”, восходящий, несомненно, к этнониму гаргар у Моисея Хоренского и Товма Арцруни, находился не к югу от Куры, на нынешней Карабахской равнине, как верно считают многие исследователи, в том числе и ряд армянских ученых, а к северу от Куры [128, 70]. Он пишет, что “…гаргары не являлись албанским племенем”. По его мнению, этот этноним употребляется источниками в “качестве пейоративного названия населения левобережной Албании и соседнего горного района” [128, 74], и что никакая албанская письменность не была создана для албан в Албании [128, 72]. Говоря о том, что населением междуречья были армяне (по его мнению армяно-албанская граница до 428 года проходила по реке Куре - 122, 71), А.А.Акопян, старался найти археологические факты в пользу своего мнения. Он считал, что это положение подтверждается тем, что к югу от Куры распространились кувшинные захоронения, а эта культура оставлена армянами. “Однако сводное исследование археологического материала показывает, что весь материал “культуры кувшинных погребений” составляет часть археологической культуры древней Армении, характеризующей армянский этнос этого периода” [128, 16]. Ему, конечно, известно, что кувшинные погребения распространены и на севере от Куры, и здесь они отмечаются даже до VII века, т. е. до арабских завоеваний. А. А. Акопян это объясняет очень просто - как результат “интенсивных культурно-экономических связей” [128, 17].

Что касается сообщения Страбона, согласно которому “К области албанцев принадлежит и область Каспиана” (Страбон, XI, 4, 5), то А. А. Акопян пишет [128, 37], что эти каспии обитали к северу от албан, а не к югу от Куры.

Армянские исследователи, исходя из сообщения Фавста Бузанда, что в 385 г. “армянское царство разделилось, распалось, уменьшилось и потеряло свое прежнее величие” (Фавст Бузанд, кн. VII, гл. 1), обычно считали, что Великая Армения распалась в 387 году, (а на самом деле этот распад и утеря ряда областей произошел еще в 60-х годах I века до н.э.) и после этого Утик (т. е. равнинная часть междуречья Куры и Аракса) и Арсаг были сасанидами присоединены к Албании. А теперь ряд армянских исследователей (Б.А.Улубабян, Б.А.Арутюнян, А.А.Акопян) считает, что Утик присоединен к Албании в 428 г. (мнение о падении Великой Армении в 428 г., о чем пишет А. А. Акопян, было высказано еще К.Паткановым, см. предисловие к 4, с. 14), а Арсаг в 450-451 гг. [128, ПО, 114].

Остается непонятным, почему Сасаниды отторгнули Арсаг, Утик и другие области от Армении и отдали албанам, когда, как писал Н. Г. Адонц, персидская часть Армении вместе с �берией, Албанией и Атропатенскими областями составляла одно из крупных административных делений Сасанидской Персии [128, 213] еще до Хосрова Ануширвана.

Концепция о принадлежности междуречья Куры и Аракса Армении нашла свое отражение в работах некоторых советских исследователей. Так, Н.В.Пигулевская, приводя сообщения Захарии Ритора (середина VI в.) о том, что “Аран также земля в той Армении со (своим) языком, с народом, верующим и прилежным, у них есть царь, подчиненный персидскому царю” [431], наряду с этим писала: “Следовательно, несмотря на сильное армянское влияние (выделено нами. - Г. Г.) в половине VI в. эта область (т. е. Аран. - Г. Г.) сохранила еще родное наречие” (там же, 109). Странно другое: в источнике говорится о языке аранцев (албанов), но автор почему-то заменяет его словом “наречие”. Неясно также, что подразумевается под выражением “сильное армянское влияние”. В этом сообщении слово Армения является географическим, традиционным понятием, ибо в то время Атропатена, Аран, как и Армения, входили в северный куст Персидской империи Сасанидов [см. 123, 213]; кроме того, в источнике говорится, что у Арана есть царь, но подчиненный Персии. Отсюда следует, что если у Арана в то время был царь, к тому же подчиненный Персии, а отнюдь не Армении, то значит Аран не входил в состав Армении. 3. М. Буниятов писал, что наименование земель Армении, Арана и �берии в сирийских и арабских источниках “Арменией” отражает лишь их административное единство [183, 94-95].

К.В.Тревер писала: “Во II в. до н.э. армянский царь Арташес I (189-160 гг. до н.э.) присоединил к Армении ряд областей, в том числе и правобережье Куры, где обитали шаки, утии и гаргары-албаны” [482, 55]. Так считал и А. Г. Шанидзе (510, 169-170}. Подобная же мысль высказана А.П.Новосельцевым, который считает, что “вплоть до конца IV в., за исключением небольшого отрезка времени в 30-60 гг. этого столетия, армяно-албанская граница проходила по реке Куре, а области, Сакасена, Арцах (Арсаг), Ути, Гардман и другие входили в состав Армянского государства” [412, 18]. Он же писал, что “до V в. не было народности, которая могла бы стать гегемоном в этом (Албанском. - Г. Г.) царстве” (там же). Для того чтобы разобраться в этом, сначала следует ответить на вопрос: откуда вообще возникла эта концепция? Ответ может быть только один - она возникла на основе неверных, ошибочных интерпретаций сообщений некоторых источников.

Один из основных аргументов в пользу этой концепции считается выражение “восток” (“восточный”) в “�стории албан” Моисея Каланкатуйского. Действительно, в этом источнике есть выражение “Восточная страна” (кн. II, гл. 20), “Восток” (кн. I, гл. 8), “Восточный край” (кн. I, гл. 27, кн. II, гл. 1, кн. II, гл. 27, кн. II, гл. 37). Армянские историки воспринимают эти выражения в смысле “Армянский Восток”, “Восточная страна Армения”, “Восточный край Армении”, выражение “жители Востока” (кн. I, гл. 6) в смысле “армяне Армянского Востока”, выражение “князь Востока” (кн. II, гл. 27, кн. II, гл. 28), где имеется в виду албанский князь Джеваншир из рода Мехранидов, в смысле “армянский князь армянского Востока” или “князь Восточной Армении”.

В действительности, ни в одном из приведенных выражений слова “Армения” нет. Моисей Каланкатуйский, как верно отметила Ф.Мамедова, под выражением “Восток” имеет в виду Албанию, исходя из представлений христианского мира того времени, что христианская Албания расположена на востоке, ибо тот же автор под названием “Запад” имеет в виду не Армению, а христианскую Византию (например, кн. I, гл. 22; кн. II, гл. 10), когда речь идет о христианах Византии. Например, воины Византии царя �раклия названы “войска Запада”. Соответственно этому; Каспийское море названо “Восточным морем” (кн. II, гл. 11), а Средиземное море - Западным морем (кн. II, гл. 11). Например, в письме персидского царя Хосрова Ануширвана византийский царь характеризуется как тот, “который скрывался от меня на островах Западного моря” (кн. II, гл. 11). В этом источнике кроме того .употреблено слово “юг”: “царь Юга (т. е. халифата. - Г. Г.) еще раз пригласил к себе князя Востока, прославленного Джевашпира” (кн. II, гл. 28); встречается и север (в смысле страна тюрков, называемая “Туркестан” (кн. II, гл. 27); есть еще выражения “северные народы”, “северяне” (кн. I, гл. 12, кн. II, гл. 13; кн. I, гл. 27) в значении барсилы/басилы, гунны, хазары и др. Поэтому армянским исследователям эти выражения Моисея Каланкатуйского не нравятся и они называют его “ярый поборник автокефльности Албанской области” [128, 141], обвиняют его в “албанском мировоззрении” (ну не армянском же!) [там же]. Как видим, слова “Восток”, “Запад”, “Юг” в этом источнике не имеют никакого отношения к географическим координатам “Великой” Армении.

�стория Албании стала любимой темой армянских историков в основном потому, что Албания в их интерпретации считается составной, или как они выражаются, “восточной частью Армении”. Соответственно этому, как отмечено выше, армянские историки население Кура-Араксинского междуречья раннего средневековья считают армянским.

Образованное в VIII в. временное арабское административно-территориальное объединение под общим названием “Арминийа” (как известно с 60-х годов IX века эта провинция перестала называться “Арменией”) с резиденциями в Двине и Барде, куда :халифат включил Азербайджан (Атропатену), Армению и Албанию (Аран), армянские исследователи интерпретируют совсем по-другому. В некоторых работах “исконно армянскими” считаются не только междуречье Куры и Аракса в Албании, но и вся Албания в целом, т. е. и территория к северу от Куры. Создается впечатление, что эти армянские ученые не хотят понимать, что указанное арабское административно-территориальное деление восходит к Сасанидскому периоду. Вспомним, что при царе Каваде I Сасанидская империя была разделена на четыре края и Армения вместе с Атурпатаканом, �берией и Албанией входила в состав Северного края со столицей в Ганзаке в Адурбадагане. Конечно, это не означает, что Азербайджан и Албания/Аран являлись в то время армянскими областями. Если например, арабский источник отмечает, что наместник Йазид ибн Усайд (759-769) отправил пленных вместе с рабочими-строителями в Армению укрепить несколько городов, в том числе н Дербент, то, конечно, это не означает, что Дербент был армянским городом.

Кроме вышесказанного, это явно ошибочная концепция основывается, главным образом, на сообщениях Страбона о том, что Араксена (Араксена не является местным топонимом, а названа так самим Страбоном или его источником), Каспиана и Сакасена являются армянскими областями (Страбон, XI, 7, 2; II, 1, 14). �сследователи до сих пор не догадывались, что Араксена, Каспиана и Сакасена во время источника Страбона существовали также в Атропатене и что армяне, начиная со II в. до н.э. захватили именно эти области, а вовсе не Араксену и Каспиану, расположенные в Албании, в междуречье Куры и Аракса.

Выше было отмечено, что Сакасена упоминается впервые в труде Страбона четыре раза. �сследователи ошибочно все эти сообщения относили к Сакасене в междуречье Куры и Аракса, о которой, кстати, сообщается только два раза. В труде Страбона дважды речь идет о Сакасене на юге от Аракса, “ниже Гиркании” (Страбон II, 1, 14; и XI, 7,2), - следовательно, расположенной в Атропатене. Приведем текст обоих сообщений Страбона: “Во всяком случае в Гиркании, как говорят, виноградная лоза приносит местрет вина, а смоковница дает 60 медимнов плодов; пшеница же вырастает снова из зерен выпавших колосьев на жнивье, пчелы строят улья на деревьях, и мед течет с листьев; так случается в Матиене, провинции Мидии, в Сакасене и Араксене, областях Армении. В последних двух областях это не так удивительно, если верно, что они лежат ниже Гиркании (выделено нами. - Г. Г.) и отличаются от остальных земель мягкостью климата” (Страбон, II, 1, 14). С этим сообщением совпадает и другое, которое во многом является повторением предыдущего: “Доказательства благосостояния этой страны (т.е. Гиркании. - Г. Г.) следующие: виноградная лоза производит 1 метрет вина, смоковница 60 медимнов; хлеб родится из зерна, выпавшего из соломы, пчелы роятся на деревьях, а мед течет с листьев. То же имеет место и в областях Матиане и Мидии и в Сакасене и Араксене в Армении” (Страбон, XI, 7, 2).

Как видим, в обоих сообщениях об Армянской Сакасене говорится в связи с рассказом о Гиркании и отмечается, что область Сакасена располагалась “ниже Гиркании”, т. е. на юге Прикаспия (причем вопреки армянским выпадам, у Страбона ничего не сказано об “уровне моря”, то есть, якобы “…ниже Гиркании по высоте над уровнем моря”), рядом с областью Араксена. Поэтому, естественно, эти сведения не имеют никакого отношения к Сакасене в междуречье Куры и Аракса. Почему-то исследователи до сих пор не замечали (или – не хотели замечать?) этого достаточно очевидного факта и указанные сообщения Страбона относили к Сакасене - Шакашене в Албании, т. е. к зоне Гянджи.

В двух местах своего труда Страбон сообщает о Сакасене в междуречье Куры и Аракса, причем в одном из них, касаясь набегов саков, он пишет, что саки завладели лучшей землей в Армении, которой они дали название от своего имени Сакасена (Страбон, XI, 8, 4).

Усомниться в сообщении Страбона нельзя. Фавст Бузанд и “Армянская география VII века” также считают Шакашен областью Великой Армении. �з текста источников становится ясным, что действительно горные части раннесредневековой Албании - Сисакан, Арсаг, а также равнинные области - Ути и Шакашен - во II-I вв. до н.э. принадлежали Армении.

В связи с этим, следует остановиться на следующих вопросах: локализация Сакасены, названной Страбоном лучшими землями в Армении; время включения этой области в Армению и время перехода ее к Албании.

1. Следует отметить, что географические координаты упоминаемой области Сакасена в сообщении Страбона неясны. Несомненно, что для времени обитания саков в междуречье Куры и Аракса, после VII века до н.э. Сакасена должна была охватывать не только зону современной Гянджи, а гораздо большое пространство, включая часть Арсага [см. 245, 31], поздний Сисакан (где в раннем средневековье находилась крепость Шаки) и область Шаки (Sykn в надписи Каабаи-Зардушт), т. е. на северо-западе Албании, к северу от Куры, - это современная Шекинская зона Азербайджана. Поэтому включать все эти области в “лучшие земли” Армении нельзя. �сходя из сообщения Фавста Бузанда и “Армянской географии VII века”, можно полагать, что указанная область охватывала только зону Гянджи.

2. На основании указанного сообщения Страбона армянские исследователи заключают, что эта область еще с VII века до н.э., т. е. со времени появления саков, была армянской, иными словами, якобы саки захватили в VII веке до н.э. армянские земли в междуречье Куры и Аракса.

Еще Н. Г. Адонц отмечал, что “Сакасена считалась родовой областью саков” [123, 426], но он ошибочно полагал, что “остатки саков в Армении утвердились в наиболее плодородной области, известной с тех пор под именем Сакасена” [там же]. В 30-х годах С. Тер-Аветисян писал: “Предполагают, что часть саков с Яксарта в VII в. до н.э. перебралась на северный берег Каспийского моря, откуда пустилась в поход в Албанию, или, как говорит Страбон, в Армению и заняли самые богатые области, которые стали называться именами саков Сакашен, Саrам (Загам), Саки (Шаки) и т. д.” [473,24]. Следовательно эти авторы считают, что когда пришли саки, эта область была уже армянской. Эту же ошибку допустил и В.В.Струве, который, исходя из вышеприведенного сообщения Страбона, писал, что “по имени саков часть Армении даже стала называться Сакасеной”, что врагами Дария (имеется в виду восстание в Армении, которое подавил Дадаршиш), были не армяне, а племена саков, появившиеся за несколько десятилетий до того на территории Армении [469, 18]. Далее он предполагает, что эти саки вторгались в Армению при Кире [469, 120] “в начале эпохи Ахеменидцев” [там же]. �сходя из сообщения Страбона, что саки владели лучшей землей в Армении, А.А.Акопян пишет, что “правобережье Куры входило в состав Армянского царства Ервандитов” (VI-II вв. до н.э.) [128, 15]. Это мнение кажется нам необоснованным. Если, как полагают вышеуказанные авторы, саки пришли в Переднюю Азию в VIII в. до н.э. (см. выше), то в то время еще не существовало армянского государства и государства Ервандитов, а было царство Урарту, и, бесспорно, равнинная часть междуречье Куры и Аракса (зона Гянджи), где локализуется Сакасена (Шакашен), не могла входить в состав Урарту. Но у А.А.Акопяна на всякий случай и на это подготовлен ответ: “Правобережье Куры было завоевано уже урартами” [128, 15, прим, 31]. К такому выводу он пришел на основании двух фактов: во-первых, Страбон пишет, что саки овладели лучшими землями в Армении, и во-вторых, Моисей Хоренский (кн. II, гл. 44) пишет, что в конце III - начале II века до н.э. царь Ерванд находился в Утике, когда на него двинулись войска Арташеса [128, 15]. Указанный Ути, по его мнению, располагался к югу от Куры - в зоне Барды. Как видим, произошло явное недоразумение. С одной стороны, Страбон пишет, что Сакасена является плодородными землями в Армении, с другой стороны, локализуемая с зоной Гянджи Сакасена не могла быть армянской областью еще в VII веке до н.э.

Чтобы разобраться в этой путанице нам следует сперва локализовать области Ути у Моисея Хоренского. Армянские исследователи, как отмечено, говоря о принадлежности земли, лежащей к югу от Куры, к Армении приводят сообщение Моисея Хоренского о том, что когда полководец Арташес хотел отнять власть у Ерванда, царя Армении, последний находился в области Ути: “В области Ути доходит до Ерванда весть, о том, что царь парсийский собрал множество войска и под начальством Смбата отправляет на тебя, для возведения молодого Арташеса на царство” (кн. II, гл. 44). Далее: “Между тем, Смбат с юным Арта-шесом спешил прибыть в пределы Утицев. Ему навстречу вышли войска той страны (т. е. страны Ути, но если Ути - это армянская область, то причем тут войска той страны? - Г. Г.) равно и нахарары, оставленные (там) Еврандом” (кн. II, гл. 45). Все верно. Однако где эта область Ути? Во всяком случае, это не Ути “Армянской географии VII века”, где располагался город Барда. Это видно из следующего сообщения того же автора: “Смбат с юным Арташесом идет на берег Геламского моря (т. е. озера Севан. - Г. Г.), за гору, называемую Арагатцом [ныне Алагез. - Г. Г.]; они спешили прибыть в лагерь Ерванда” (кн. II, гл. 46). Где же этот лагерь Ерванда? �сторик: уточняет, что лагерь находился на реке Ахурян.

�так, все ясно: упоминаемая Моисеем Хоренским страна Ути не имеет отношения к области Ути в Албании, т. е. зоне Барды или к югу от Куры. Эта Ути находилась в области озера Севан, где еще со времен Урарту отмечена область Этиуни. В тех же источниках упомянута область Удуру - Этиуни [см. 379, 58], которую Н.В.Арутюнян локализует с Севанским бассейном [155, 96]. В другом месте своего труда Н.В.Арутюнян пишет, что Этиуни находилась в бассейне реки Севан [там же, 198-199]. Таким образом, Этиуни урартских источников в бассейне реки Севан Моисеем Хоренским зафиксирована в форме “Ути” (а не Утик!).

Другое дело, что по Моисею Каланкатуйскому, Этиуни-Ути„ т. е. бассейн оз. Севан, - раньше относился к Албании:, “В то время, когда Арташес воевал с Ервандом, сей последний находился в пределах Албании, в области Ути “...” (Кн. I, гл. 8).

�так, это сообщение Моисея Хоренского не имеет отношения к Албании во II веке до н.э.

Теперь продолжим разговор по поводу Сакасены Страбона в его третьем сообщении, где эта область характеризуется как “лучшие земли в Армении” (Страбон, XI, 14, 4). Выше было отмечено, что Сакасена в VII веке до н.э. или во время правления Ервандитов не могла находиться в составе Армении.

В самом деле, по одной концепции, предки армян переселились из Малой Азии в пределы исторической Армении примерно в VII-VI вв. до н.э. [490, 3], то есть, тогда, когда сюда пришли саки. В этом случае неясно, каким образом в VII веке до н.э. междуречье могло быть “лучшей землей” в Армении? Геродот [1, 180] отмечает, что Армения - горная страна, где берут начало реки Тигр и Евфрат. Таким образом, во времена Геродота Армению - в ее тогдашних границах - считали горной страной. Что касается государства Урарту, то оно возникло в IX в. до н.э. в районе озера Ван. Зафиксированы лишь походы отдельных урартских царей - Аргишти I (786-764), Сардура II (764-735) и Руса I (735-713) в районе озера Севан в нынешней Армении, а также в районе озера Урмия в Мидии. �.Г.Алиев писал, что “... зона Карабаха никогда не была завоевана урартами” [137, 18]. Урартские топонимы (названия крепостей и стран) засвидетельствованы в урартских источниках в зоне Араратской долины, нынешнего Ленинакана, Еревана, озера Севан [379, 67, 108-116]. В надписи Руса I упоминается о захвате 23 стран, среди которых есть и Адахуни [379, 68], который можно отождествлять с Арцахом/Арсагом. Но и в этом случае говорится о захвате, о походах в эту страну, не как о составной части Урарту. Это самым убедительным образом свидетельствует о том, что равнинная часть зоны междуречья Куры-Аракса не могла находиться в составе Армении в VII в. н.э. Государство Ервандитов (Армина Бехистунской надписи 521 г. до н.э.), как полагают, возникло “в начале VI в. до н.э., заменив собой государство Урарту” [66, 30] и сразу же было подчинено Мидией, а затем после 550 г. до н.э. входило в державе Ахеменидов [66, 30- 31]. Следовательно, ни урартскими царями, ни Ервандитами междуречье Куры и Аракса не могло быть завоевана.

3. �з вышеприведенного видно, что область Шакашен могла быть захвачена только в последние века н.э., скорее всего во II веке до н.э. К.В.Тревер писала, что во II в. до н.э. армянский царь Арташес (189-170 гг. до н.э.) присоединил к Армении ряд соседних областей, в том числе и правобережье Куры, где обитали шаки/саки, утии и гаргары [482, 58]. Это соответствует сообщению Страбона о том, что армянские цари II века до н.э. расширили свои владения за счет областей окружающих народностей (Страбон. XI, 14, 5).

4. Вопрос о том, до каких пор эти области, в том числе Шакашен, были армянским, до сих пор решался неверно. Сразу отметим, что указанные области, захваченные Арменией во II-I вв. до н.э., были потеряны вместе с уходом Тиграна II с исторической сцены, т. е. в середине I века до н.э. В пользу этого положения можно провести следующие аргументы. Во II веке .до н.э. армяне захватили также южные области Картли - Тао (Тайк древнеармянских источников) и Гогарене, и, естественно, после распада империи Тиграна II (а не после 387 года, как думают армянские исследователи) эти области перешли к грузинам.

После Тиграна II восточная Армения перешла к Парфии, поскольку парфянский царь Вологез назначил своего брата Тиридата царем Армении. Этот царь назначил правителей в разных областях Армении, в том числе и в междуречье Куры и Аракса, где правили до него предки правителя Арана. Тиридат не нарушил эту традицию и, таким образом, правителем стал Аран. Это произошло в 60-х годах I века н.э. Следовательно, после распада Великой Армении в середине I века до н.э. завоеванные ею во II веке до н.э. области перешли к Албании.

Однако армянские исследователи, говоря о принадлежности Кура-Араксинского междуречья к Великой Армении, обычно ссылаются еще на сообщение Моисея Хоренского о том, что Валаршак, брат парфянского царя Аршака, назначенный им царем Армении (как известно, в действительности речь может идти о назначении парфянским царем Вологезом I своего брата Тиридата в середине I века н.э.) назначил некого Арана правителем земли от Аракса до ХнАраксрта, т. е. указанного междуречья,, потому что эти земли были частью Армении.

Моисей Хоренский начинает свое сообщение с того, что Парфянин Аршак (т. е. Вологез I - 51-76 гг.) назначил “брата своего Валаршака (т. е. Тиридата - Г. Г.) царем в Армении, считая это удобным для прочности своего государства” (кн. I, гл. 8) �з этого сообщения становится, ясным, что ко времени Вологеза I Армения принадлежала Парфии или находилась в зависимости от нее (не стоит забывать, что Прокопий, знавший о происках армян/хаев, в своем труде “De Aedificiis” особо подчеркивает: “Пусть никто не думает, что Аршаки/Арсаки - армянский род по происхождению” (III, 1, 4)). Чуть ниже Моисей Хоренский пишет, что Аршак Великий (т. е. Вологез I) радовался Валаршаку (т. е. Тиридату), что отдал ему “половину своего царства” (кн. I, гл.. 9). Далее автор перечисляет страны, доверенные Валаршаку (Тиридату): “Он (т. е. Аршак. - Г. Г.) назначает ему (т. е. Валаршаку, следовательно Тиридату. - Г. Г.) столицею город Мцбин (в Северной Месопотамии. - Г. Г.); пределами его царства - часть Западной Сирии, Палестины, Асию, всю средиземную страну и Титалию, начиная от Понтийского моря до места, где Кавказ оканчивается у Западного Моря, (к этому еще) Атрпаткан” [там же]. Как видим, к первому веку н.э. “Великой” Армении уже нет, и принадлежащие ей страны находятся под властью Парфии.

В этом перечне нет упоминания об Албании или о границах: Парфянского царства в междуречье Куры-Аракса. В другом месте Моисей Хоренский еще раз говорит о местоположении стран, правление в которых поручено Валаршаку: “В то же время (Аршак) назначил брата своего Валаршака царем в нашей стране, дав ему во владения Север и Запад” (кн. II, гл. 3). � здесь нет Востока, т. е. междуречья Куры-Аракса. Но, безусловно, Армения в то время должна была иметь границы пролегающие поблизости от этого междуречья. Задача в том и состоит, чтобы определить восточные границы Армении указанного периода. Суть вопроса проясняется из следующего сообщения автора: “На восточной стороне, на окраине армянского гавара назначает он (т. е. Тиридат) наместником родоначальников двух родов - Сисака и Кадмоса, имена которых приведены нами в первой книге” (кн. II, гл. 8).

�так, окраины Армянского государства на востоке - Сисакан-Сюни. Это подтверждается сообщением того же автора о том, что Сисакан является “страной восточной” для Армении (кн. I, гл. 14). Далее в источнике говорится о назначении Тиридатом представителя местной династии Арана правителем земли от Аракса до ХнАраксрта, но там не говорится, что эти земли являются северо-восточной окраиной Армении, ибо, как отмечено, автор “окраиной армянского гавара” считает Сисакан. Возникает вопрос: почему Тиридат назначил Арана правителем этой территории, если она не входила в то время в состав Армении? Ответ может быть один: к этому времени, т. е. к середине I века н.э., междуречье было также в сфере влияния Парфии, и поэтому Тиридат как ставленник Парфии назначил представителя именно местного рода - Арана правителем территории к югу от Куры. Наш вывод подтверждается сообщением Помпея Трога (XI, 1, 6, 6) о том, что парфянский царь Митридат (170- 139 до н.э.) “распространил господство парфян от Кавказских гор до реки Евфрата”. Следовательно, междуречье Куры- Аракса находилось под влиянием Парфии, а эта территория в то время еще не входило в состав Албанского царства. Это царство охватывало земли к северу от Куры. �звестно, что в дальнейшем в Албании, как и в Армении, царская власть перешла к представителям аршакидской династии. Если бы земли к югу от Куры до назначении Тиридата правителем Армении исконно составляли восточную ее часть, тогда уже с первых веков нашей эры эти земли должны были находиться под управлением самого Тиридата, а не представителя местного населения или же албанские аршакиды должны были происходить из царственного дома армянских аршакидов. Как известно, ни того ни другого не было.

Следовательно, в I веке междуречье, причем как низменные, так и горные его части - Сисакан и Арсаг, - были албанскими.

�меется следующее ценное сообщение Моисея Хоренского: царь Трдат (армянский царь - 287-332 гг.) во главе всей Армении, спустившись на равнину Гаргараци “встречает северян войною” (кн. II, гл. 85). “Северяне” в древнеармянских источниках - это в основном тюркские племена Северного Кавказа. Гаргарское поле - это нынешний равнинный Карабах. Действительно, в то время тюрки-басилы/барсилы вторгались в Албанию и перешли ее границу к югу от Куры. С чем связано это выступление армянского царя? С тем, что иранский шах Шапур “позволил всем северянам встретиться в Армении” (кн. II, гл. 84). Следовательно, армянский царь, предупредив угрозу вступления северян из Албании в Армению, “отправился через землю агванов (выделено нами. - Г. Г.) на северян” (кн. II, гл. 84). Отсюда ясно, что эта “земля агванов” или Арсаг или Сисакан (Сюник). Чтобы достигнуть Гаргарского поля, т. е. равнинного Карабаха, Трдат должен был пройти через одну из этих областей. Следовательно, во время царствования Трдата III земли к югу от Куры являлись албанской территорией.

Фавст Бузанд пишет, что в 371 г. Мушег Мамикониан (кстати, не армянин, а арменизированный тюрок из племени ченов) захватил Ути, Шакашен, Гардман и Колт (кн. VI, гл. 3) и “реку Кура сделал границей между своей страной и Албанией, как было раньше” (там же). Отсюда становится ясным, что к 371 году эти области, не принадлежали к Армении, иначе почему Мушег должен был завоевывать заново эти области? Выражение “как прежде” - ясно; это II-I вв. до н.э.

Как видим до 70-х годов IV века междуречье Кура и Аракса было албанским. Во всяком случае, когда в Албании было принято христианство, т. е. в начале IV века, эти области являлись албанскими. В 60-70-х годах IV века царем Албании был Урнайр. Возникает вопрос: долго ли эти области оставались в составе Армении? Видимо, недолго. В 478 году в албанском соборе принимали участие представители духовенства из Гардмана и Арсага. Это противоречит выводам армянских исследователей, утверждающих, что отторжение этих областей от Армении и распад произошли в 387 или 428 г. А как следует из слов Р.Фрая в работе “Наследие �рана”, Армения, Албания и Атропатена были объединены в единый округ в 262 г., как сказано в надписи “Накши-Рустам”.

В одном из двух сообщений Страбона о Сакасене в междуречье Куры-Аракса говорится: “За этой равниной (т. е. Аракской, в данном случае - это Албанская Араксена. - Г. Г.), идет Сакасена, тоже граничащая с Албанией и с рекой Киром”. Как видим, в этом случае действительно Сакасена отмечена отдельно от Албании. По нашему мнению, это сообщение относится к последним столетиям последнего тысячелетия до н.э., не позже времени похода Помпея в Албанию, в 66-65 гг. до н.э. Когда возникло албанское царство в IV в. до н.э., оно первоначально охватывало территорию между Курой и Кавказскими горами, и поэтому земля к югу от Куры еще не входила в состав этого царства, а была самоуправляющейся областью, но находившейся в сфере влияния Ахеменидов. Правили этой территорией предки Арана. Поэтому Арриан (II в.) в связи с событиями IV в. до н.э. сакасенов, т. е. жителей области Сакасена, находившихся в рядах персидской армии, перечисляет отдельно от албанов. Но в дальнейшем, к 60-годам первого века н.э. правителем территории, расположенной к югу от Куры, в том числе Сакасены, был представитель местного населения - Аран. Мы исходим из выражения Моисея Хоренского, что эта территория - от Аракса до Хунанакерта перешла к Арану по наследству. В этом случае, конечно, Сакасена граничила с Албанией, т. е. с территорией Албанского царства и их отделяла река Кура.

Теперь мы вернемся к первым двум сообщениям Страбона о той Сакасене, которая названа армянской. Как отмечено выше, эта Сакасена находилась не в междуречье Куры и Аракса, как считали до сих пор, а в Атропатене - “ниже Гиркании”. О том, что именно эта Сакасена принадлежала Армении, свидетельствуют следующие сообщения Страбона. “К югу от части Гирканского моря и от всего перешейка между этим морем и Пон-том простирается большая часть Армении, Колхида, вся Капподокия до Авксинского Понта и до Тибаренских племен” (Страбон, II, V, 31). В этом сообщении отмечено, что армяне захватили территории, примыкающие к южному Каспию (Сакасена также помещена им ниже Гиркании, и границей ее, таким образом, становились южные берега Каспия). Если Гиркания примыкала к Парфии и была завоевана ею в I в. до н.э., как будет отмечено ниже, а армянский царь отнял от Парфии некоторые земли, в том числе и Атропатену, то напрашивается вывод, что и Сакасена, расположенная к югу от Каспия, вошла в состав Армении (см. ниже).

�так, в сообщениях Страбона следует выделить две области под названием Сакасена: в междуречье Куры и Аракса - зона Гянджи (Страбон, XI, 14, 4, и XI, 8, 4), и другую - в Атропатене (Страбон, II, I, 14 и XI, 7, 2), что до сих пор, не учитывалось исследователями.

Определить границы области Сакасена в Атропатене, которая во времена Страбона (или его источника) относилась к Армении, трудно. Это связано с тем, что до сих пор неизвестны-точные границы таких древних и раннесредневековых областей, как Каспиана, Баласакан и Муган, которые составляли часть страбоновской Араксены как к югу от Аракса, так и к северу от него. Сакасену в Атропатене можно отождествлять со страной Сака, засвидетельствованной в источнике VII в. н.э., которая, по мнению �. Г. Алиева, располагалась “севернее и северо-восточнее Ассирии (в Манне или по соседству с ней)” [133, 11]. Свое мнение по этому вопросу мы выскажем ниже в связи с вопросом об этническом составе населения Атропатены.

Концепция о принадлежности междуречья Куры и Аракса к. Армении со II в. до н.э. до IV в. возникло еще от того, что согласно Страбону, Каспиана принадлежала армянам (Страбон, XI, 14, 5). Эту Каспиану также локализуют в междуречье Куры и Аракса в Албании. Однако в действительности эта захваченная во II веке до н.э. армянами Каспиана находилась в Атропатене,, т. е. к югу от Куры, примерно от слияния с Араксом до моря - современная Муганская степь и Талышская зона. �звестно, что в раннем средневековье Баласакан был названием обоих берегов Аракса - от Барзанда в Атропатене до Барды в Албании. В свою очередь известно, что Баласакану в среднеперсидских и армянских источниках соответствовала Каспиана греческих авторов. �сходя из этого, логично предположить, что существовали две части Каспианы: первая к северу от Аракса - в Албании, в Мильской степи, т. е. в междуречье, и вторая - к югу от Аракса, после слияния его с Курой; территория последней относилась к Атропатене. Часть этой зоны ныне относится к Советскому Азербайджану. Таким образом, индийская (т. е. атропатенская) Каспиана (Пайтакаран - “Армянской географии”), которую отняли армяне во II веке до н.э., лежала ниже Куры после ее слияния с Араксом и простиралась вплоть до моря. Однако, как писала Ф. Дж. Мамедова, Каспиана была армянской областью только до распада империи Тиграна в 66 г. до н.э. [363, 8]. Действительно, уже Птолемей [VI, 2, 5] считает Каспиану частью Мидии, т. е. Атропатены. В то же время Страбон пишет, что Каспиана относится к албанам, однако в другом месте он же сообщает, что Каспиану армяне отняли у мидян, т. е. у атропатенцев. Следовательно, завоеванная армянами Каспиана находилась в Атропатене (об албанской Каспиане мы говорили выше). Отсюда можно сделать вывод, что эта Каспиана относилась к Армении не до 387 г., как утверждают армянские исследователи, а до конца правления Тиграна II, т. е. до середины I в. до н.э. Действительно, если на римских монета 115-117 гг. и 60-х годов II века, как отметила Ф. Дж. Мамедова, “Армянское государство изображено аллегорически в образе женщины, сидящей под ногами римского императора, что, несомненно, отражает политическое порабощение армянского государства оккупантами” [363, 12], тогда не может быть речи о принадлежности Каспианы к Армении после I века до н.э.

Это подтверждается также сообщениями о Баласакане. По свидетельству Моисея Хоренского (кн. III, гл. 30), христианство проповедовали и в Баласакане. Безусловно, в данном случае имеется в виду Баласакан, находившийся к северу от реки Аракс, в албанской Каспиане античных авторов. �менно эту часть Баласакана - Каспиану имеет в виду Моисей Каланкатуйский: “Он (Маштоц. - Г. Г.) распространил свою проповедь Евангелия... и в Каспке” (кн. I, гл. 27). Агафангел в связи с событиями III века пишет, что на помощь армянскому царю Хосрову (217- 238) пришли албаны, лбины, чилбы и каспии [128, 53]. Очевидно, что в данном случае на помощь могли прийти, каспии, живущие в Албанской Каспиане, а не каспии Атропатены. Упомянутую Каспиану (албанскую) нельзя отнести к другой Каспиане - области обитания каспиев на юго-западном побережье Каспийского моря, ибо эта зона относилась к Атропатене и являлась .Атропатенской Каспианой - Баласаканом и частью Муганской степи ниже Куры после слияния с Араксом - это Пайтакаран “Армянской географии VII века”. Егише (гл. III) в связи с битвой между объединенными силами �берии, Армении и Албании с �раном во времена Ездегирда II пишет, что когда персидское войско было разбито, в составе этого войска “устоял и храбро сражался отряд знатных воинов Баласаканского царя”. Это сообщение относится к Баласакану в Албании.

Таким образом, армянами во II в. до н.э. была захвачена Каспиана, располженная к югу от Аракса после его слияния с Курой, что подтверждается сообщением Страбона о том, что армяне отняли Каспиану у мидян (т. е. атропатенцев. - Г. Г.) (Страбон, XI, 14, 5). Эта Каспиана затем с I в. до н.э. опять стала атропатенской, а ныне входит в состав Азербайджанской ССР. Поэтому �. Г. Алиев и Ф. Мамедова, по нашему мнению, не совсем правы, обвиняя Страбона в непоследовательности [363, 8; 132, 10].

Такая интерпретация Страбона полностью согласуется с его же сообщением (XI, 13, 6) о том, что “наконец на Западе Мидия граничит с атропатийцами и частью армян”. В связи с этим сообщением С.Т.Еремян писал, что “часть Каспийского побережья входила (по крайней мере политически) в пределы Великой Армении” [296, 66]. Это не исключено, ибо может быть какая-то часть армян жила на юго-западном побережье Каспия, в принадлежавших им областях - Сакасене и Каспиане. В свете вышесказанного сомнительным представляется следующее мнение Ф. Мамедовой: “Однако изучение нами данных Страбона показало, что армянским царем Арташесом I из албанских земель был завоеван лишь Пайтакаран (Каспиана)” [363, 10]. �з этого вывода автора, однако, неясно, какой именно Пайтакаран имеется в виду. Дело в том, что Ф. Мамедова не учитывала, что существовало две области с названием “Каспиана” и что армяне захватили не Албанскую Каспиану (Байлакан в Мильской степи), а Каспиану в Атропатене. Кроме того, захваченная армянами Пайтакаран-Каспиана принадлежала ранее Атропатене, а не Албании, ибо юго-восточной границей Албании являлся отрезок течения Куры, после слияния ее с Араксом. Это ошибочный вывод (эту ошибку допустил и А. П. Новосельцев - 412,. 13-14) нашел свое отражение и в “Азербайджанской Советской Энциклопедии”, где говорится, что Каспиана во II в. до н. э. относилась к Атропатене, а в I в. - к Албании [75, V, 291]. Ниже будет показано, что Пайтакаран первоначально был названием территории к северу от Куры (Мильская равнина), а затем, после вхождения Албании в состав государства Сасанидов и образования Северного Куста (края), это название армянскими авторами относилось к территории, расположенной к югу от Куры.

�сследователи, говоря о принадлежности междуречья Куры и Аракса к Армении, основываются также, на сообщение Страбона о том, что к Армении относилась Араксена (Страбон, XI, 7, 2).

Араксена (от гидронима Аракс и греческого суффикса “ене” как в топонимах Гогарене, Сиракене и др.) в сообщениях того же Страбона является наименованием равнины, по которой протекала р. Аракс. Он пишет, что Аракс “пройдя через (выделено нами. - Г. Г.) равнину Араксены впадает в Каспийское море” (Страбон, XI, 14, 3). В другом месте он же говорит о равнине, “по которой” (выделено нами - Г. Г.) р. Аракс течет до границ Албании, впадая в Каспийское море” (Страбон, XI, 14, 4). Следовательно, у Страбона Араксеной именуется как левобережье в Албании, так и правобережье в Атропатене. В сообщениях Страбона о принадлежности Араксены армянам речь идет об Араксене, находящейся к югу от Аракса, в Атропатене, т. е. на правобережье Аракса. Такая интерпретация сообщений Страбона о Сакасене, Каспиане и Араксене позволяет решить кажущуюся “противоречивость” его сведений, когда, с одной стороны, Сакасену автор называет армянской областью (Страбон, II, Г, 14 и XI, 7, 2), а с другой стороны, говорит, что Кура протекает через Албанию (Страбон, XI, 1, 5 и XI, 4, 2) и, следовательно, междуречье, где располагалась и Сакасена, входило в состав Албании. Таким же образом разрешается и другое “противоречие” Страбона, когда он сначала говорит, что к областям албанов принадлежит и область Каспиана (Страбон, XI, 4, 5), а далее сообщает, что Каспиана является армянской областью (Страбон, XI, 14, 5). �з сказанного можно сделать вывод, что противоречивости у Страбона фактически нет и критика его сообщений �. Г. Алиевым [137, 22] и Ф. Мамедовой [363, 12] несправедлива.

Таким образом, сообщения Страбона о принадлежности областей Каспиана, Сакасена (Атропатенская) и Араксена к Армении связано с тем, что Арташес II захватил территорию северо-западной Атропатены [583, 109], а в I веке до н.э., во время Тиграна II в состав Армении, как известно, входила и часть Атропатены [363, 11].

Теперь нам следует ответить на вопрос: существуют ли факты, свидетельствующие о том, что армяне захватили именно области Сакасена, Араксена и Каспиана на территории Атропатены, а не в Албании?

Такие факты существуют, Страбон пишет: “У атропатийцев есть, правда, могущественные соседи - армяне и парфяне, которые нередко опустошают их страну. Однако они оказывают сопротивление и отбирают (выделено нами. - Г. Г.) назад захваченную у них землю” (Страбон, XI, 13, 2). В другом месте тот же автор писал: “Они (т. е. армянские цари Арташес и Зари-адр. - Г. Г.) расширили совместно свои владения, отрезав часть областей окружающих народностей, а именно: у мидян они отняли Каспиану, Фовнитиду, Басоропеду” (Страбон XI, 14, 5). В другом месте своего труда он говорит, что “северные части (Армении. - Г. Г.) - это гора Парахоафра, лежащая над Каспийским морем” (Страбон, XI, 14, 1). Упоминаемая гора Парахоафра - это искажение от названия современной горы Багро в юго-западном Прикаспии на территории �ранского Азербайджана, где, по сообщению Страбона, обитали также кадусии, утии, албаны и др. (Страбон, XI, 7, 1). Он пишет: “Наконец, на западе Мидия граничит с атропатенцами и частью армян” (Страбон, XI, 13, 6). Безусловно, данное сообщение следует понимать в том смысле, что часть территории указанного горного массива относится к Армении, ибо никакого армянского населения там не могло быть, так как эта область была завоевана Тиграном и при нем же была потеряна. Это согласуется с другим его сообщением, что Тигран покорил властителей Атропатены (Страбон, XI, 14, 15). Это обстоятельство отражено в другом сообщении Страбона. Он, повествуя о Гиркании, отмечает, что у Гиркании “Каспийское море уже широко разливается вплоть до пункта своего соприкосновения с индийскими (в данном случае - атропатенскими. - Г. Г.) и армянскими горами” (Страбон, XI, 7, 1).

�менно эта историческая реальность зафиксирована в древнегрузинском источнике, где указывается, что Гаос (т. е. армяне) “овладели от Оретских гор на юге до моря Гирканского на востоке” [39, с. 22]. Это сообщение отражает положение, существовавшее в период II-I вв. до н.э., когда действительно, граница Армении и Албании проходила по Араксу исключая Босоропеду/Васпуракан - Нахчыван и участка Куры от слияния ее с Араксом до моря; земли к северу от указанных частей Аракса и Куры относились к Албании, а к югу (т. е. северная Атропатема) - к Армении.

Вышеприведенные сообщения Страбона дают возможность сделать вывод, что ко времени источника Страбона атропатенские области Араксена, Каспиана и Сакасена относились к Армении. Такой вывод подтверждается и сообщением Помпея Трога, который отмечает, что еще во время царствования Митридата Парфия вела войны с атропатенцами и последние были побеждены и Атропатена была покорена Парфией (Помпей Трог, “Филипповские войны”, XI, 1, 6). Заметим, что по мнению Р.Фрая, Мидия была завоевана в 155 г. до н.э. Парфией [498, 250]. Этой обстановкой воспользовался армянский царь Тигран II. Около 87 г. до н.э. он вторгся в Атропатену, начал войну с Парфией и приступил к завоеванию принадлежащей ей Атропатены. В то время Парфия была слабой. Тигран II разбил парфянскую армию, находившуюся в Атропатене, и занял город Экбатан, явлавшийся к тому времени резиденцией парфянского царя. Парфянский царь Готарз заключил мир с Тиграном и отдал ему власть над Атропатеной. Чтобы узаконить свою власть в Атропатене, Тигран II заключил брак с дочерью атропатенского царя [66,41]. �менно в это время часть Атропатены “семьдесят долин”, в том числе Сакасена, стала армянской, и о ней два раза упоминает Страбон (см. выше). Эту ситуацию отражает следующее сообщение Страбона: “Есть в Армении также большое озеро. Оно носит названия Мантиана (Урмия. - Г. Г.), что в переводе значит “синее” (Страбон, XI, 14, 8).

О принадлежности части Атропатены Тиграну II говорит тот факт, что во время битвы между ними и Лукуллом в 69 г. до н.э. на стороне Тиграна сражалась и индийская (т. е. атропатенская) конница количеством 17 тысяч (Плутарх. Лукулл, XXVI, XXVII).. Это же положение, относящееся ко II-I вв. до н.э., отражено в сообщении Плиния (VI, 25) о том, что земли Армении находятся между городом Дакусы на берегу реки Евфрата до Каспийского моря, т. е. юго-западного побережья Каспия. Поэтому Корнелий Тацит (Анналы, II, 56) пишет: “Земля армян граничит на большом протяжении с нашими (т. е. римскими. - Г. Г.) провинциями и глубоко включается во владения мидян” (т. е. атропатенцев. - Г. Г.). Следовательно, часть Атропатены вошла в состав Армении во времена Тиграна и, начиная со времени Арташеса, указанные атропатенские области - Араксена, Каспиана и Сакасена - стали частью территории Великой Армении. Эта ситуация отражена и в “Армянской географии VII века” [4, 40], где указано, что территория Албании на юге простирается “до пределов армянских на Куре”. В данном случае имеется в :виду часть реки Куры после слияния ее с Араксом до Каспия, ниже этого участка территория относилась к Армении во II-I вв. до н.э. Такая интерпретация согласуется со следующим сообщением того же источника о том, что в Атропатакане границы Великой Армении (эта Великая Армения относится ко II-I вв. до н.э. - Г. Г.) поворачиваются на север “до впадения Аракса (т. е. Куры) в Каспийское море” [4, 42]. Ниже указанной линии находились Отена Птолемея и Азиния Квадрата и Пайтакаран “Армянской географии VII века”.

До каких РїРѕСЂ эти Рё Атропатенские области оставались РІ составе Армении? Р’ отношении Атропатенских областей РІРѕРїСЂРѕСЃ ясен. Для ответа РЅР° этот РІРѕРїСЂРѕСЃ можно положиться РЅР° РґРІР° свидетельства. Р’Рѕ-первых, Птолемей [II РІ.) уже считает Каспиану РњРёРґРёР№СЃРєРѕР№ (С‚. Рµ. для того времени Атропатенской), Рё РІРѕ-вторых, РєРѕРіРґР° парфянский царь Вологез РІ середине I века нашей СЌСЂС‹ назначил своего брата Тиридата царем Армении (РѕРЅ РјРѕРі поступить так, если Армения была РІ зависимости РѕС‚ Парфии), РІ числе стран, порученных ему, был Рё “Атрапатакан” (Моисей Хоренский, РєРЅ. I, РіР». 8). Следовательно, РІ это время Атропатена находилась РІ зависимости РѕС‚ Парфии, Р° РЅРµ РѕС‚ Армении. Рќ. Р“. РђРґРѕРЅС† считал Армению этого периода страной, зависимой РѕС‚ Парфии: “Аршакиды смотрели РЅР° СЃРІРѕРё завоевания как РЅР° достояние своего СЂРѕРґР°, Рё, поэтому, стремились захватить престолы РІ зависящих РѕС‚ РЅРёС… царствах Рё распределить РёС… между СЃРІРѕРёРјРё сородичами” [123, 387]. Поэтому следует допустить, что указанные области Атропатены, захваченные Арменией, были потеряны, РєРѕРіРґР° РІ 60-С… годах могущественный Тигран II стал пленником Помпея РІ 66 Рі. РЅ.СЌ., РёР±Рѕ РїРѕ РґРѕРіРѕРІРѕСЂСѓ, заключенному между Тиграном Рё Помпеем, Армения потеряла завоеванные страны, Р° значит Рё захваченные области Атропатены - Каспиану, Араксену Рё Сакасену. РЇ. Рђ.Манандян писал, что империя Тиграна распалась РІ 69-66 РіРі. РґРѕ РЅ.СЌ. Рё РІ 60-С… годах РІ Армении утвердились армянская линия аршакидов [365, 69, 87]. РџРѕ РїРѕРІРѕРґСѓ “армянской линии” автор СЏРІРЅРѕ лукавит, РёР±Рѕ, как РјС‹ увидели выше РёР· сообщения РџСЂРѕРєРѕРїРёСЏ, аршакиды Рє армянскому СЂРѕРґСѓ никакого отношения РЅРµ имеют. Таким образом, отнятые РѕС‚ атропатенцев Арташесом Рё Тиграном II области Атропатены былР